Спокойствие без спешки — это я, Дэлла, с порога и до конца.

Когда захожу в квартиру на встречу, первым делом натыкаюсь взглядом на зеркало в прихожей — оно почти в каждой квартире, большое, в тяжёлой бронзовой раме, и по нему сразу видно, готовился человек к встрече или собирался впопыхах. Не то чтобы я оцениваю, просто привычка: смотрю, как выглядит комната через отражение, прежде чем снять пальто.

Есть вещь, которую я никогда не обсуждаю на пороге, — пересмотр цены после того, как всё уже проговорено в переписке. Условия обсудили заранее, значит обсудили, и переигрывать разговор заново я не буду, кто бы ни начинал эту тему. Для меня это не про деньги, а про уважение к слову, которое уже дано с обеих сторон.

Ещё никогда не тороплю первые минуты. Пока гость снимает обувь, а я краем глаза замечаю в той бронзовой раме, как меняется его лицо, когда напряжение первых секунд спадает, — это время не сокращаю ничем и никого не подгоняю фразами вроде «ну что, начнём».

Глубокий минет получается по-настоящему хорошо, когда спешки нет вообще, и я предпочитаю переходить к нему не в первые минуты знакомства, а когда оба уже забыли и про раму в прихожей, и про всё, что происходило до этой комнаты.

Анал обсуждаю заранее и без экивоков, ещё на этапе переписки, а не посреди процесса — это тоже то, чего никогда не делаю: не меняю договорённости на ходу. Если человек сам передумал уже в комнате, спокойно принимаю новый расклад, но инициатором пересмотра не становлюсь сама.

Анилингус активный — то, что многие стесняются произнести вслух, а я называю прямо, потому что именно неловкость в разговоре обычно и тормозит саму встречу задолго до постели. Девятнадцать лет — как раз тот возраст, когда прямота ещё не кажется грубостью, а воспринимается как честность.

Никогда не смотрю на часы в первые полчаса — ни украдкой на телефон, ни на настенные часы, если такие висят напротив той самой рамы. Это не про то, что время не считается, а про то, что первая часть встречи должна пройти без ощущения, будто кто-то отсчитывает секунды за спиной.

За час на выезде стоимость составляет 8 000 рублей — называю сумму сразу и один раз, чтобы больше к ней не возвращаться, и это тоже правило, которое не обсуждаю дважды за одну встречу.

Рост у меня 163 сантиметра, и в той же бронзовой раме обычно ловлю разницу в росте с гостем ещё до того, как успеваем сказать друг другу пару слов, — мелочь, которая почему-то запоминается дольше любых разговоров.

Вешу 56 килограммов, и это тоже то, о чём не говорю первой: если спрашивают напрямую, отвечаю без уверток, но сама тему не поднимаю, потому что для самой встречи это не имеет ровно никакого значения.

Если время растягивается до двух часов, сумма — 16 000 рублей, а за ночь — 50 000 рублей, но каждую цифру называю один раз и дальше не повторяю, потому что бесконечное проговаривание сумм — это ровно то, чего я никогда не делаю, каким бы долгим ни вышел разговор.