Ты садишься рядом, а я, Зария, сразу начинаю вертеть в пальцах кольцо на большом пальце.

Это привычка ещё с самого первого раза — тогда руки просто не знали, куда себя деть, и я крутила это же самое кольцо не переставая весь разговор. Движение осталось до сих пор, только смысл другой: не от волнения, а просто чтобы пальцы были заняты, пока я говорю.

Первый раз в профессии я почти не помню в деталях — помню только, что руки дрожали сильнее, чем голос, и что кольцо на пальце я крутила так активно, что оно едва не соскочило. С тех пор прошло достаточно, чтобы движение стало спокойным, а не нервным.

С тех пор изменилось многое: раньше я почти не разговаривала с гостями до встречи, стеснялась спрашивать напрямую, чего хочется. Сегодня разговариваю сразу и по делу, а кольцо на пальце крутится уже не от смущения, а просто по привычке, оставшейся с того самого начала пути.

Золотой дождь (даю) — тема, о которой в первый раз мне было неловко даже упомянуть вслух. Теперь говорю об этом так же спокойно, как обо всём остальном, разве что руки по-прежнему находят себе занятие в виде того самого кольца, пока идёт разговор.

Классический вагинальный секс тогда, в самом начале, был почти всей встречей целиком — не хватало опыта растянуть время на что-то ещё. Сейчас это только часть вечера, а не вся его суть, и понимание этого пришло далеко не сразу.

Кунилинус я в первый раз вообще делала неуверенно, оглядываясь на реакцию человека буквально после каждого движения, будто ждала одобрения на каждом шаге. Делаю это без оглядки, спокойно, потому что за годы научилась чувствовать, что нравится, без постоянных вопросов вслух и лишней паузы между движениями.

Мне 26 лет, и оглядываясь назад, вижу, что главное изменение вовсе не в услугах, а в том, насколько свободнее я стала разговаривать до встречи — тогда я боялась спросить прямо, сейчас спрашиваю первой.

Рост у меня 165 сантиметров, и в первую встречу я ещё не умела держать спину расслабленно рядом с незнакомым человеком — сутулилась, будто хотела казаться меньше. Сейчас сажусь свободно, и кольцо на пальце — единственное, что до сих пор выдаёт то самое напряжение первых минут.

Вешу 60 килограммов, и этот факт вообще не имел значения ни тогда, ни сейчас — куда важнее то, что руки перестали дрожать, а разговор перестал быть испытанием, которое нужно как-то пережить до конца. Тогда я считала минуты до того, как всё закончится, сегодня наоборот — не тороплю время вообще.

Принимаю только у себя, и это тоже изменилось со временем: в самом начале соглашалась на любые условия, лишь бы встреча состоялась. Сейчас держу свои правила твёрдо, и кольцо на пальце в такие моменты крутится уже спокойно, а не от неуверенности, как это было в самом начале пути в профессии.

Час стоит 2 000 рублей, два часа — 4 000 рублей, а ночь — 12 000 рублей, и с той самой первой встречи изменилось не только это — изменилось то, с каким спокойствием я вообще называю эти цифры вслух.