Диля, брюнетка из тихого двора у шиномонтажа, встречает без лишних предисловий.

Дорога ко мне не самая очевидная с первого раза: сворачиваешь у автобусной остановки, идёшь мимо жёлтого ларька с шаурмой, потом мимо гаражей, где всегда стоит запах резины из открытых ворот шиномонтажа, и только за ним начинается мой двор с детской площадкой посередине. Кто-то путается в первый раз, но обратно уже находит дорогу без подсказок.

Есть вещи, которые я не обсуждаю вообще — не потому что стесняюсь объяснить причину, а потому что для меня это не предмет переговоров. Спрашивают иногда настойчиво, разными словами, в разное время вечера, но ответ от этого не меняется, и мне важно, чтобы это было понятно сразу, а не выяснялось постепенно методом проб.

Объяснять подробно, почему именно это не обсуждается, не вижу смысла — достаточно того, что граница есть, и она не зависит от настроения, уговоров или того, насколько приятно проходит остальная часть встречи между нами.

Глубокий минет делаю неспешно, наблюдая за реакцией, — это то, что удаётся мне лучше всего и что просят чаще прочего. Классический секс случается без спешки, обстоятельно. Оральный секс без презерватива тоже среди того, что предпочитаю без лишних условий и долгих обсуждений заранее.

Мне 23 года, и в этом возрасте граница, о которой я говорю, уже давно устоялась — не потому что кто-то когда-то её нарушил, а потому что я с самого начала знала, что для меня приемлемо, а что нет, и не вижу смысла это пересматривать.

Мимо шиномонтажа гости обычно проходят молча, но кто-то не выдерживает и комментирует запах резины — говорю, что привыкла настолько, что уже не замечаю, разве что в жаркие дни, когда он становится заметнее обычного.

Волосы у меня тёмные, собираю их редко — чаще оставляю распущенными, потому что так удобнее и естественнее выглядит вся обстановка встречи, без ощущения подготовленной картинки.

Принимаю только у себя, в квартире рядом с той самой площадкой, где по вечерам ещё слышны голоса детей, играющих допоздна, пока родители не позовут их домой ужинать.

Час стоит 2 500 ₽ — цена, о которой говорю сразу, чтобы дальше не возвращаться к этому вопросу и не превращать разговор в подсчёты посреди вечера.

Гости, которые бывают не первый раз, уже не спрашивают дорогу мимо гаражей — идут привычным маршрутом, будто ходили этим двором всегда, задолго до нашего знакомства, и это ощущение узнавания мне нравится больше новизны.

Граница остаётся неизменной при каждой новой встрече — не потому что я не хочу услышать другой вопрос, а потому что дорога через двор и то, чего я не делаю, для меня одинаково не подлежат обсуждению каждый раз заново. Кто-то пытается подойти к теме издалека, начать с шутки или намёка, но я замечаю это сразу и просто перевожу разговор на что-то другое, не делая вид, что не поняла, к чему клонит собеседник. Двор у меня тихий даже поздним вечером, только гаражи иногда шумят, когда кто-то из соседей выезжает на машине уже затемно. Этот звук стал настолько привычным, что я перестала на него реагировать — как и на многое другое, что со временем становится просто частью повседневного фона встречи, а не поводом отвлекаться от разговора между нами.