Ксюха красит акварелью, когда выдаётся свободный день.

У меня в сумке всегда лежит блокнот в клеточку — потрёпанный, с загнутым уголком обложки и резинкой, которая давно потеряла форму. Туда я записываю не дела, а обрывки: строчку песни, цвет неба за окном, список того, что хочу приготовить на ужин. Если в какой-то момент дня рука тянется именно к нему, а не к телефону — значит, день получился.

Свободный день у меня начинается медленно. Никакого будильника, никакой спешки — просыпаюсь, когда сама захочу, и первым делом иду на кухню заваривать чай покрепче. Пока чайник греется, я успеваю пролистать блокнот, посмотреть, что записала вчера, и иногда улыбнуться собственной руке — почерк у меня скачет в зависимости от настроения.

После завтрака я обычно иду на рынок. Не за конкретным списком — просто хожу между рядами, трогаю ткани, нюхаю специи, разговариваю с продавцами, которые меня уже узнают. Из таких прогулок в блокноте появляется больше всего пометок: то рецепт, который подсказала торговка зеленью, то мысль, которая пришла ровно между прилавками с рыбой и цветами.

Москва — город, в котором я живу давно, и всё равно нахожу в нём закоулки, куда раньше не заглядывала. В свободный день я люблю уезжать на другой конец города без особой цели, просто посмотреть, как выглядит жизнь там, где я обычно не бываю. Возвращаюсь домой уже к вечеру, усталая приятной усталостью, а не той, что накапливается от работы.

Мне 37, и я давно перестала стесняться того, что люблю тишину больше, чем шумные компании. В свои годы я научилась ценить дни, которые принадлежат только мне — без чужих ожиданий, без графика, без необходимости кому-то нравиться. Это ощущение свободы стало для меня почти физическим: плечи опускаются, дыхание становится глубже.

Дома у меня уютно — я принимаю только у себя, и это принципиально. Мне важно, чтобы гость заходил в пространство, где всё продумано именно мной: свет неяркий, музыка тихая, на столе всегда есть что предложить к чаю. Рост у меня 160 — небольшой, поэтому дома я держу всё так, чтобы дотягиваться без табуретки, и это тоже часть моего уюта, мелочь, которая делает квартиру по-настоящему моей.

Когда встреча случается не в свободный день, а в рабочий, я всё равно стараюсь начать её так же спокойно, как начинаю утро с блокнотом — без спешки, с вниманием к деталям. Мне нравится, когда человек не торопится сразу к делу, а даёт себе время оглядеться, привыкнуть к моему голосу, к запаху дома.

Вес у меня 65, и я говорю об этом легко, потому что давно дружу со своим телом — оно у меня мягкое, тёплое, живое, и мне нравится, когда это чувствуют руками, а не просто смотрят издалека. Глубокий минет я люблю делать так же вдумчиво, как рисую акварелью — не спеша, растягивая процесс, наблюдая за реакцией.

Классический вагинальный секс у меня получается лучше всего именно тогда, когда встреча начинается без гонки, когда мы оба успели немного расслабиться. А оральный секс без презерватива — то, что я предлагаю, если чувствую настоящую близость и доверие, а не просто формальность визита.

Час приёма стоит у меня 2 000 ₽, и в эту сумму входит именно та неторопливая атмосфера, которую я описала выше — никакой суеты, никакого ощущения, что тебя выпроваживают за дверь через пять минут.

Иногда после встречи я снова достаю тот же блокнот и записываю пару слов — не о госте, а о собственном настроении, о том, что сегодняшний день оставил после себя. Это моя маленькая привычка, которая не меняется годами и держит меня в равновесии, что бы ни происходило вокруг. Приходи ко мне в гости — я умею создавать пространство, где спешить некуда, а внимание достаётся тебе целиком, без остатка.