Меня до сих пор потряхивает перед дверью — а зовут меня Алёна.

В первый раз я стояла в коридоре съёмной квартиры и не могла попасть рукой в рукав. На мне было красное платье на тонких бретельках — купила его за день до этого, специально, потому что в нём я выглядела увереннее, чем чувствовала себя внутри. Оно оказалось велико в плечах, бретелька всё время сползала, и весь вечер я думала не о госте, а о том, чтобы не осрамиться перед зеркалом в прихожей.

С тех пор прошло достаточно времени, чтобы я перестала относиться к этому платью как к доспехам. Теперь оно просто висит в шкафу — чуть другого оттенка от стирок, но я его не выбрасываю. Иногда достаю просто потому, что в нём легко: знаю каждый шов, знаю, как оно сидит, и уже не проверяю в зеркале по десять раз, ровно ли легла ткань.

Что изменилось на самом деле — не тело и не список того, что я умею. Изменилось то, как я слушаю тишину перед встречей. Раньше в этой тишине была тревога, сейчас — собранность перед работой, которую я люблю: руки помнят, дыхание ровное, голова не мечется от одной мысли к другой.

Глубокий минет я делаю медленно, без спешки — именно в этом чувствуется разница между тем, кто просто выполняет, и тем, кто сама получает от процесса удовольствие. По классическому сексу у меня нет заготовленной схемы: обстановка каждый раз своя, гость каждый раз свой, и подстраиваться под него интереснее, чем повторять один и тот же сценарий.

Есть и то, что я не убирала из списка ни разу за все эти годы — золотой дождь я даю с самого начала, и как раз это осталось неизменным дольше всего остального. Забавно, что именно тут я ничего не меняла и не искала новых способов — просто оставила как есть.

Формат у меня свободный: принимаю у себя, выезжаю сама, разница только в том, сколько времени займёт дорога и насколько быстро я перестроюсь из одного настроения в другое. В своей квартире мне спокойнее — там я хозяйка вечера в буквальном смысле слова, а на выезде включается другая собранность, потому что территория чужая и правила диктует не только я.

В галерее у меня немного снимков, каждый выбран осознанно, а не потому что нужно было чем-то заполнить страницу. Мне важно, чтобы то, что ты видишь на экране, совпадало с тем, что увидишь при встрече, без обмана и без фильтров, меняющих суть.

Грудь у меня заметная, и я давно заметила, что многие гости первым делом смотрят именно туда, а уже потом поднимают взгляд к лицу — меня это скорее забавляет, чем задевает.

Иногда я думаю, что если бы та девушка в неудобном платье увидела меня сейчас, она бы не поверила, что так можно — спокойно, без дрожи в руках, с полным пониманием, зачем я здесь и что мне нравится в этой работе. Платье я так и не выбросила — из суеверия, наверное, а может, просто жалко расставаться с тем, с чего всё началось.