Диана расправляет плед на кресле, пока рассказывает о вечере.

Руки у меня редко бывают без дела, даже когда я просто разговариваю: то поправляю уголок пледа на кресле, то провожу ладонью по краю стола, будто проверяю, ровно ли всё стоит. Это не нервы — это то, как я готовлю пространство, ещё до того, как в него кто-то войдёт. Со стороны это может выглядеть как мелочь, но для меня это способ думать руками, пока голова занята разговором.

Живу и принимаю в Москве, только у себя — мне важно, чтобы гость видел именно ту комнату, которую я обжила сама, а не случайную съёмную коробку. Свет, тепло, тишина за дверью — всё это я собираю руками заранее, а не включаю по щелчку, когда звонят в дверь. Мне кажется, разница между обжитым и временным местом чувствуется сразу, даже если не можешь объяснить словами, что именно её выдаёт.

Мне 35, и в этом возрасте я перестала верить, что уют случается сам собой. Он складывается из мелочей: подушка лежит под правильным углом, плед не топорщится, а лежит ровно, будто его только что расправили — потому что так и есть. Раньше я думала, что это лишние хлопоты, теперь понимаю, что именно они и делают разницу между гостиницей и домом.

Пока я говорю с тобой в дверях, руки уже сами делают своё: одёргивают край покрывала, поправляют свечу на подоконнике, чуть сдвигают кресло ближе к окну, где вечером падает мягкий свет. Так пространство успевает подстроиться под разговор быстрее, чем мы сами, и к тому моменту, когда мы садимся рядом, комната уже готова принять нас обоих.

Классический вагинальный секс я люблю в комнате, которая уже устоялась, где ничего не отвлекает и не мешает, — тогда получается медленно и по-настоящему, а не второпях, будто в чужом месте.

Кунилинус происходит обычно позже, когда руки наконец останавливаются и всё в комнате уже на своих местах — тогда я сама могу перестать контролировать пространство и просто быть рядом.

Оральный секс без презерватива для меня тоже часть этой близости без границ — так же, как открытая дверь в комнату, которую я не прячу и не стесняюсь показывать целиком. Мне важно, чтобы между тем, что я обещаю разговором, и тем, что происходит дальше, не было зазора.

Рост у меня 166, и при этом я скорее лёгкая, чем крупная — это заметно, когда я двигаюсь по комнате, переставляя вещи с места на место, а не сижу неподвижно в ожидании гостя за столом.

В галерее 6 фотографий, и почти на каждой — та самая комната: я хочу, чтобы ты видел заранее не только меня, но и место, в которое идёшь, со всеми его деталями, которые складывались не за один вечер. Каждую вещь в кадре я выбирала сама, и ни одна не оказалась там случайно.

Когда ты уже здесь, руки успокаиваются — им больше нечего поправлять, потому что комната готова, и остаётся только то, ради чего ты пришёл, без лишней суеты и без ощущения, что тебя приняли наспех. Вот тогда и начинается сам вечер, а не подготовка к нему.