Прасковья — та рыжая, что не выходит из головы?

Дома у меня почти нет верхнего света — только настенное бра над кроватью и одна свеча на подоконнике, которую зажигаю, когда за окном совсем темнеет и город становится тише. Больше света мне и не нужно, остальное уже лишнее.

Музыку почти не включаю громко — предпочитаю такую тихую, что слышно, как потрескивает свеча и как меняется твоё дыхание, когда становится ближе. Иногда вообще выключаю плеер и оставляю только их звуки — на всю комнату, без ничего постороннего.

Мне 21 год, и я всё ещё удивляюсь тому, что вечер со мной может запомниться, а не просто пройти незаметно среди других дел дня. Может быть, это пройдёт с годами, а может, и нет — пока мне нравится удивляться и не притворяться, что видела уже всё на свете, как иногда рассказывают более опытные подруги.

Рост у меня 171 см — бра над кроватью я вешала сама, повыше, чтобы свет падал не в глаза, а сбоку, мягко, почти по касательной. Такая мелочь, а разница заметна с первой минуты в комнате, ещё до того, как погаснет верхний свет в прихожей.

Волосы у меня рыжие, и под тёплым бра они отливают медью — это обычно комментируют ещё стоя в дверях, не успев раздеться и оглядеться толком. Мне нравится этот момент больше, чем всё, что случается дальше, — та самая первая секунда узнавания.

Вешу 52 кг, двигаюсь быстро и легко, и полы в квартире у меня всегда прохладные и голые — специально, чтобы шаги были слышны, а не гасли в ковре, как в большинстве квартир, где всё заглушено коврами и мягкими покрытиями.

Грудь размер C, и при свете свечи на подоконнике это выглядит совсем иначе, чем при дневном — мягче, теплее, без резких линий и без лишней чёткости, которая бывает при обычной лампе в дневное время.

В галерее 5 снимков, все при этом самом бра — не фотографируюсь при другом освещении, потому что хочу, чтобы ты увидел ровно то же самое, что увидишь в комнате вживую, без разницы между кадром и явью. Лишние ракурсы мне ни к чему, если правда важнее красивой картинки.

Из того, что люблю — глубокий минет при свече, чтобы тень двигалась по стене вместе со мной, немного смазанная, немного другая с каждым движением. Золотой дождь даю, если чувствую доверие и прямую просьбу, без намёков через слово и без долгих подходов издалека, будто это что-то, о чём неловко попросить прямо.

Анал — только когда музыка совсем стихает, почти до полной тишины, и я слышу, что тело готово раньше, чем ты успеваешь произнести это вслух. Спешить в этом вопросе я не умею и не хочу учиться, даже если вечер уже клонится к концу.

Принимаю у себя, но могу приехать и к тебе, если предупредишь заблаговременно, — небольшая сумка со свечой у меня всегда собрана заранее, на случай выезда. Приходи туда, где ничего не бьёт по глазам, а рыжий цвет ты запомнишь надолго после того, как погаснет свеча на подоконнике.