Москва, район у Рижского вокзала, — здесь и живёт Юля.

В холодильнике у меня почти всегда стоит гранатовый сок — не покупной, из пачки, а тот, что я сама выжимаю из тяжёлых плотных гранатов, которые продают тут же неподалёку, у вокзала, где рынок работает с раннего утра. Соковыжималка у меня старая, шумная, но менять её не хочу — привыкла к этому звуку по утрам, он стал почти будильником.

Гостей у меня бывает много самых разных, и я давно перестала пытаться свести их под один портрет — возраст, профессия, характер у всех разные, — но одна вещь их почему-то объединяет почти всегда: усталость от суеты, из которой они приходят ко мне отдохнуть хотя бы на пару часов. Иногда даже речь у них об этом заходит сама, без вопросов с моей стороны — просто вырывается на выдохе после первого глотка сока.

Классический вагинальный секс у нас обычно случается не сразу с порога — сначала я предлагаю тот самый гранатовый сок, потому что после дороги через весь город хочется просто присесть и отдышаться, а не сразу переходить к делу.

Кто-то приходит после долгой смены и первым делом молчит минут десять, просто сидя с бокалом в руках, — и я не тороплю, потому что понимаю: человеку нужно сначала выдохнуть город из себя, а уже потом начинать хоть какой-то разговор о чём угодно.

Кто-то, наоборот, приходит взбудораженный, полный слов, и тогда сок тоже выручает — даёт повод притормозить, сделать паузу между фразами, не тараторить с порога обо всём подряд без остановки. Такому гостю я обычно наливаю первой, ещё до того, как он успевает снять куртку.

Анилингус активный я предлагаю обычно уже во второй половине встречи, когда напряжение первых минут давно прошло и гость чувствует себя свободно, а не скованно, как в первую четверть часа.

Живу я рядом с вокзалом, и это тоже часть моей истории: поезда, вечная толпа, гул электричек — а у меня в квартире тихо, окна выходят во двор, и этот контраст гости замечают почти сразу, едва переступив порог. Кто-то даже прямо говорит, что не верится, будто до самой шумной части города отсюда всего пара минут пешком.

Золотой дождь (даю) я обсуждаю заранее, ещё до встречи, — мне важно, чтобы к моменту, когда доходит до дела, никто не удивлялся и не терялся, а разговор об этом на трезвую голову куда честнее любых догадок.

Гранат к концу вечера у меня почти всегда заканчивается — гость либо допивает весь сок, либо просит налить ещё, и я всегда держу про запас, потому что знаю: без этого ритуала встреча у меня уже не та. Иногда даже спрашивают рецепт, будто дело в пропорциях, а не в самой привычке садиться и не спешить.

Так и живу между вокзальным гулом за окном и тихой квартирой внутри — принимая самых разных людей, объединённых одной простой вещью: желанием на пару часов перестать спешить хоть куда-нибудь. И каждый раз, провожая гостя обратно к тому же вокзальному шуму, я думаю, что этот контраст никогда мне не надоест.