Задумчивая сегодня, слушаю дождь за окном — это я, Екатерина

За окном третий час подряд капает в жестяной отлив — не сильный ливень, а именно та ровная, чуть звонкая капель, от которой хочется сесть у подоконника и никуда не спешить. Под этот звук почему-то особенно легко вспоминается, с чего всё начиналось у меня самой.

Свою самую первую встречу с гостем я помню до мелочей, хотя с тех пор прошло уже порядочно лет. Руки тогда правда дрожали, и я до последнего боялась сказать что-то не то или сделать паузу дольше, чем нужно. В комнате тогда тоже шёл дождь, только я его почти не замечала — слишком была занята тем, чтобы не выдать волнение голосом.

Сейчас всё иначе, и это не пустые слова для красоты. Спешка, с которой я раньше пыталась заполнить каждую минуту разговором или движением, давно ушла — я перестала бояться тишины и пауз, а вместе с этим стало гораздо проще слышать, чего на самом деле хочет человек напротив, а не только то, что он произносит вслух. Раньше любая заминка казалась мне провалом, теперь — обычной частью встречи, которую не нужно ничем заполнять искусственно.

Раньше я стеснялась собственного тела и старалась держаться так, чтобы скрыть неуверенность за резкими движениями. Со временем это тоже прошло: я научилась двигаться медленно там, где раньше суетилась, и говорить «нет» спокойно, без извиняющегося тона, если что-то мне не по душе.

Вешу я сейчас немного меньше, чем в самом начале пути, и разница в теле заметна прежде всего мне самой — в том, как ощущается собственная лёгкость по утрам, а не в цифрах на весах, о которых я вообще редко думаю.

Квартира, где я принимаю, за эти годы обжита основательно: удобное кресло у того самого окна с жестяным отливом, плед под рукой, свет приглушённый почти всегда. Кресло в своё время выбирала специально повыше обычного — чтобы не сутулиться в разговоре, а сидеть свободно, глядя собеседнику прямо в глаза.

Из того, чем занимаюсь с удовольствием сегодня и без всякого стеснения — глубокий минет, золотой дождь, который я даю сама, и активный анилингус, если человек говорит об этом заранее и прямо, без намёков. Мне важно понимать желание словами, а не додумывать за гостя.

Час у меня дома стоит 2 000 ₽, и в эту сумму давно заложено не только время, но и вот эта самая обжитая атмосфера — тот же дождь за окном, то же кресло, тот же плед, который я всегда предлагаю, если вечер выдался прохладным.

Иногда думаю: та девушка, что дрожащими руками встречала первого гостя под таким же дождём, наверное, не поверила бы, что через столько лет всё это станет привычным и спокойным делом, а не источником тревоги. Но именно так и вышло, и оглядываться назад мне совсем не стыдно — скорее наоборот, приятно замечать, насколько увереннее звучит теперь мой собственный голос в тех же самых стенах.

Дождь за окном тем временем не утихает, капель по отливу всё такая же ровная, и я снова ловлю себя на мысли, что именно эти звуки настраивают меня на встречу лучше любых слов. Жду, когда постучат в дверь, и слушаю дальше.