Ты, наверное, думаешь, что первый раз был про кого-то другого — нет, это была я, Эмилия.

Первая встреча случилась совсем не так, как я себе представляла заранее — руки дрожали не от страха, а от того, что я вдруг перестала понимать, зачем столько готовилась к обычному разговору с незнакомым человеком. Я репетировала фразы перед зеркалом, продумывала, как сяду, куда положу руки, в каком порядке скажу нужные слова, а в итоге всё пошло совсем иначе, и это оказалось только к лучшему для нас обоих.

В свои 23 я уже понимала: вся эта сфера держится не на смелости, а на способности оставаться собой в чужой квартире или в своей — неважно, лишь бы не терять голос за какой-то ролью, которую придумываешь для чужого удобства. Смелость приходит позже, гораздо позже, а сначала важнее просто не сбежать от себя самой в первые минуты знакомства, пока ещё ничего не решено.

С тех пор многое изменилось, но одна привычка перед встречей осталась прежней: за пять минут до звонка в дверь я открываю окно, даже зимой, чтобы комната дышала, а не пахла ожиданием и духами вчерашнего дня. Соседи снизу давно привыкли к моей форточке в любую погоду и уже не удивляются, когда видят открытую створку в разгар мороза, а кто-то даже начал делать так же.

В начале я стеснялась пауз в разговоре, боялась, что тишина значит скуку или неловкость с моей стороны. Теперь понимаю — пауза часто честнее любых слов, и я разрешаю себе замолкать посреди фразы, если так вернее, а не договаривать через силу ради красивой картинки беседы, которую никто на самом деле не оценит и не запомнит наутро.

Белоруска во мне осталась в мелочах — в том, как я завариваю чай крепче, чем принято здесь, и как не тороплюсь благодарить раньше времени, когда ещё нечего благодарить всерьёз. Мама всегда говорила, что вежливость впрок — плохая привычка, и я, кажется, унаследовала от неё именно это правило вместе с рецептом заварки.

Анилингус я не боюсь ни в активной роли, ни в пассивной — это раскрылось во мне не сразу, а спустя месяцы работы над собой, а не над техникой как таковой. Технику освоить легко, куда сложнее перестать стесняться собственных реакций и звуков, которые вырываются без спроса в самый неожиданный момент.

Классический секс остался тем, ради чего вообще всё затевалось: без него всё остальное было бы просто красивой оберткой без содержания внутри, сколько бы антуража вокруг ни придумывали заранее и как бы красиво ни звучали слова про атмосферу.

Если сравнивать ту девушку у приоткрытого окна несколько лет назад и меня сейчас — разница не в опыте как таковом, а в том, что я перестала играть роль хозяйки положения и начала быть собой в моменте, каким бы неидеальным он ни был со стороны и как бы неловко это иногда ни выглядело.

Иногда гость замечает открытое окно и спрашивает, не холодно ли — я отвечаю, что мне так спокойнее, и обычно на этом разговор о формальностях заканчивается сам собой, без лишних уточнений и попыток убедить меня закрыть створку.

Заходи — окно уже открыто, чай заварен крепче обычного, а дальше решим по ходу, без сценария на два шага вперёд и без репетиций перед зеркалом, как в тот самый первый раз, о котором ты спросил в самом начале.