В самом центре Электростали, у порога съёмной квартиры, встречает Камила

Дверь я открываю не сразу — сначала слышу шаги на лестничной клетке, потом звонок, и только тогда поворачиваю замок. Первые секунды решают больше, чем весь остальной вечер: по походке в коридоре уже понятно, устал человек или бодр, торопится он или готов постоять минуту у входа, разглядывая прихожую и свет в глубине квартиры.

Пока гость снимает обувь, я закусываю нижнюю губу и тут же одёргиваю себя — привычка с детства, от которой так и не смогла избавиться. Мама говорила, что так я думаю вслух, только без слов. Сама не замечаю, что делаю это, пока кто-то не спросит, о чём задумалась, и приходится честно признаваться, что ни о чём конкретном.

Пять минут у двери — мой самый честный момент за весь вечер. Ещё нет ни разговора, ни касаний, только взгляд и первое впечатление, которое потом трудно перебить чем-то другим. Я стараюсь не тянуть с приветствиями и не сыпать вопросами, просто даю человеку освоиться в незнакомом пространстве, привыкнуть к запаху и тишине квартиры.

Мне 33 года, и в этом возрасте я уже не играю роль хозяйки дома — я ею стала по-настоящему, без наигранности. Квартира обставлена так, как нравится мне самой, а не так, как принято в подобных местах, и гость это обычно чувствует с первого взгляда на прихожую и на то, как расставлены вещи.

Рост у меня 165 сантиметров — цифра, о которой вспоминаю разве что перед зеркалом, выбирая каблуки на вечер. В туфлях становлюсь чуть выше, и это тоже часть того первого впечатления, которое складывается ещё до того, как прозвучит первое слово между нами.

При этом двигаюсь по квартире легко, почти без усилий: сказывается вес в 65 килограммов, который позволяет не грохотать каблуками по паркету, а скользить между комнатами, пока гость раздевается, вешает куртку и осматривается вокруг, привыкая к новому месту.

После порога обычно предлагаю пройти дальше, туда, где горит мягкий свет и стоит вода со льдом — разговор завязывается сам собой, без заготовленных вопросов, просто по тому, что видно в глазах и слышно в голосе собеседника в эти самые первые минуты.

Дальше пять минут превращаются в вечер целиком: иногда всё начинается с классического секса без спешки, иногда я предлагаю кунилинус, потому что сама этого хочу, а бывает, что прошу разрешения на золотой дождь — не как ритуал, а потому что мне правда это нравится и приносит удовольствие мне самой.

Принимаю только у себя, в этой самой квартире с губой, которую я всё ещё кусаю от волнения каждый раз, когда слышу шаги за дверью. За годы работы привычка не пропала, хотя волнение с новым человеком с каждым разом становится чуть тише и спокойнее.

Так что если постучишься именно ко мне, знай — первые пять минут я буду разглядывать тебя молча, чуть прикусив губу, а потом отпущу этот жест и начну вечер уже своими словами, без сценария и заготовленных фраз, как получится по-настоящему, без спешки и лишней суеты, свойственной иногда самым первым встречам.